violin

«Его педагогика – то, чем должно гордиться мировое искусство»
Жак Тибо о П.С. Столярском

«Любой ребенок, обученный должным образом, может стать музыкальным…»
Шиничи Сузуки

Скрипичный талант, конечно же я имею в виду. Сегодня поделюсь с вами своими знаниями о Шиничи Сузуки и Петре Соломоновиче Столярском: как два крупнейших скрипичных педагога прошлого века работали с маленькими детьми, обучая их игре на скрипке.


ХХ век подарил миру невероятное количество выдающихся скрипачей-виртуозов, вы себе даже представить не можете какое великое количество!

И конечно же кто-то их всему этому научил. Видное место в мире скрипичного искусства занимают два педагога – Петр Соломонович Столярский (1871 – 1944) и Шиничи Сузуки (еще иногда говорят “Синити Судзуки”) (1898 – 1998). Они сумели создать собственные школы, собственные системы и воспитать огромное количество гениальных скрипачей, пользуясь при этом разными педагогическими, но почти одинаковыми методическими принципами. Вот о них мы сегодня и поговорим.

Разные страны, разные цели, разные подходы – один инструмент. Очень часто эти две системы противопоставляют друг другу. Но если присмотреться внимательней, можно найти параллели в работе двух столь непохожих преподавателей. Например, и Столярский, и Сузуки считали, что обучение игре на скрипке нужно начинать как можно раньше. Петр Соломонович Столярский начинал занятия со своими учениками в 5 лет, но присматриваться к талантливым детям начинал еще раньше. Самым оптимальным возрастом для начала занятий он считал возраст 3-5 лет, когда «косточки еще мягкие» и им легче приноровиться к инструменту. «Его квартира всегда была полна народу, во всех комнатах толпились возбужденные и радостные малыши» – вспоминал выдающийся ученик Столярского Давид Ойстрах.


Доктор Шиничи Сузуки начал давать уроки 4-летнему сыну своего друга, и поразился невероятным возможностям детского мозга.

Понаблюдав за малышами, Сузуки заметил, что дети осваивают родной язык в течение 1-2 лет, повторяя слова вслед за матерью или отцом. Значит, их слух настроен в этот период особенно остро! И не важно о каком языке идет речь. «Все японские дети говорят по-японски » – говорил Сузуки (ну просто капитан Очевидность, а вот вы попробуйте это использовать!). Главное – создать нужную атмосферу и соответствующие стимулы к обучению – и ребенка можно научить чему угодно. Самым маленьким ученикам Сузуки было по 3 года, когда им впервые дали в руки инструмент! Дети начинали осваивать инструмент как речь и позже понимали музыку так же хорошо, как понимали родной язык. Сузуки искренне верил в то, что не существует детей с музыкальным и немузыкальным слухом. «Все дети рождаются гениальными» – говорил он.

suzuki

Но как же убедить детей, что играть на скрипке – это интересно?

Как удержать внимание маленького ребенка на столь трудной задаче? Тут он кашу размазывает по столу, а ты ж поди его на скрипочке научи приличные звуки издавать. Несомненно – в процессе игры. Этот принцип также воплощали два знаменитых педагога. Давид Ойстрах вспоминает свою первую игрушечную скрипочку, подаренную отцом (тоже учеником Столярского), когда ему было 3,5 года: «Игра в уличного скрипача так увлекала меня, что, когда уже в пятилетнем возрасте я получил наконец в руки настоящую скрипку-«восьмушку» и начал учиться музыке, это занятие целиком поглотило меня». Ученики Столярского вспоминают, что Петр Соломонович вносил элементы игры в ход урока, стоя перед маленькими гениями на коленях: «Кого ты хочешь перегнать? Это тебе не на лошади прыгать!» или же «Кто такой воробей? Это соловей, который не выучил свои трели!» Задолго до получения «вожделенной» скрипки малыши проходили этапы знакомства с педагогом, изучения нотной грамоты, развития слуха. Потом им «милостиво позволялось» взять в руки инструмент, но Столярский предусмотрительно не натирал смычок канифолью, поэтому юные гении играли без звука (чтобы не травмировать уши и души детей душераздирающим скрипом, издаваемым еще неумелыми исполнителями). Лишь убедившись в правильности постановки рук, маэстро «давал добро» на настоящую игру.


Доктор Сузуки также начинал обучение в виде игры.

На своем первом экспериментальном уроке скрипач разложил вокруг маленьких детей разные игрушки, игрушечные скрипочки и смычки, и разрешил немного поиграть с ними. В самый разгар игры он взял скрипочку, извлек из нее один звук и положил на место. Дети тотчас же принялись подражать ему. Тогда маэстро сыграл два звука. Позже, когда метод получил достаточное развитие, малышу сначала позволялось делать все, что угодно, но к скрипке педагог его еще не допускал. В течение 2-3 месяцев маленький ученик наблюдал за тем, как играют на скрипке его товарищи. За это время он запоминал мелодию на слух. И лишь когда интерес достигал своего апогея, когда ученик говорил: «Я тоже хочу, дайте уже сюда эту штуку!», его допускали к инструменту. И так постепенно дети в процессе игры, легко и непринужденно осваивали один из сложнейших инструментов ТОЧНО ТАК ЖЕ, как они осваивали родную речь. Первые произведения выучивались на слух, и лишь потом объяснялась нотная грамота. «Ребенок сначала учится говорить и лишь потом – читать», – утверждал Сузуки. В начальный период обучения огромное внимание уделяется правильной постановке, красивому звуку, законченности фразы.


Два великих педагога создали собственные школы, где воспитывали юные таланты.

Рассказывают, что когда Сталин вручил Столярскому орден Красного Трудового знамени, он спросил старого учителя: “Довольны? Вы подарили стране музыкантов, а мы Вам – это”, на что Петр Соломонович ответил: “Заберите обратно свои подарки, лучше постройте в Одессе школу для одаренных детей!”. Так, в 1933 году в Одессе была открыта школа-интернат для одаренных детей имени Столярского (как говорил сам Петр Соломонович: «Школа имени мене».) Заниматься Столярский требовал не меньше 5 часов в день! Он не терпел никаких отговорок, утверждал, что скрипка должна быть извлечена из футляра ранним утром до завтрака, а уложена обратно только перед самым сном. По его одной только фразе: «Скрипку надо держать гордо!» (вслед за фразой следовал победный взмах левой рукой) – можно было определить человека, беззаветно влюбленного в свой инструмент.


Шиничи Сузуки говорил, что надо заниматься по нескольку минут, но 5-6 раз в день.

В 1946 году в Токио он создал ассоциацию «Дошикай», которая позже переименована в Институт исследования талантов. Ансамбли маленьких детей, воспитанных по системе Сузуки на слетах, концертах в 50, 100, 1000 человек поражали всех своим размахом. Благодаря специальному репертуару для школ Сузуки, все дети в них учатся по одним и тем же произведениям. После окончания школы Сузуки, выпускники получают диплом Сузуки и потом могут продолжить свое образование в училище или консерватории.

75-летний Пабло Казальс (это был такой известный виолончелист), побывавший на таком концерте, и увидев 400 маленьких скрипачей от 5 до 12 лет, виртуозно исполнявших концерты Вивальди, не смог сдержать слез: «Я стал свидетелем самого волнующего события в своей жизни. В Японии стремление к достижению абсолютных высот в жизни проявляется в заботе взрослых о том, чтобы даже маленьким детям в самом начале их жизни сопутствовали благородные чувства и благородные поступки, в том числе и такая музыка… Вы научили их играть и понимать музыку, которая спасет мир».

Давид Ойстрах посетил концерт школы Сузуки в Токио в 1955 году и даже согласился продирижировать одним произведением. Он был впечатлен унисоном двухсот маленьких скрипачей. Они напомнили ему столяровские ансамбли. Позже Ойстрах написал о школе Сузуки: «Цель всей системы обучения, применяемой в школе [Сузуки] не столько в том, чтобы дать детям профессиональное обучение, сколько в том, чтобы привить им любовь к музыке. И эта любовь остается потом украшением их жизни, чем бы впоследствии они не занимались». Совершенная правда таится в словах Ойстраха.


В этом и заключается разница между двумя системами Столярского и Сузуки.

Столярский готовил профессионалов (без политики тут не обошлось, но об этом позже). Вот имена нескольких учеников Столярского: Давид Ойстрах, Натан Мильштейн, Борис Гольдштейн, Елизавета Гилельс, Михаил Фихтенгольц. После окончания школы, Столярский посылал своих лучших учеников в Московскую консерваторию, где они продолжали оттачивать свое мастерство. Шиничи Сузуки никогда не ставил перед собой цель вырастить гениев, несмотря на то, что его ученики становились хорошими известными музыкантами: «Моя цель – сделать из малыша не музыканта, а хорошего благородного человека».

Несмотря на эту разницу в системах двух педагогов, несмотря на то, что сами педагоги были увы! слабыми исполнителями на своем инструменте, мне кажется, что Петр Соломонович Столярский и Шиничи Сузуки по праву могут называться величайшими скрипичными педагогами ХХ века. Кто же не слышал про систему японского скрипача? Сегодня во всем мире существуют ассоциации Сузуки, которые готовят педагогов по системе великого маэстро. Сам доктор Сузуки был номинирован на Нобелевскую премию. А школа Столярского, народного артиста УССР, стала основой российского скрипичного исполнительства.

В заключение я хочу привести слова Альберта Маркова (одного из последних учеников Столярского), которые можно отнести и к доктору Сузуки : «Он был не скрипичный педагог, но вообще – педагог… У него был гипнотический подход к детям: он им внушал, что они гении. И дети начинали сами искать, как лучше играть. Он был медиум – и в этом была его сила…»


images: Pixabay, архив автора
toy bear

Каждые две недели вы будете получать информацию о новых статьях, новинках сайта и наших мероприятияхи

Вы подписались на рассылку

Pin It on Pinterest

Share This